RU | EN

Татьяна Крапивина, г.р. – 1910, химик, мать академика Андрея Зализняка

11 декабря 1910 года – дата рождения

1917 год – смерть матери

1919 год – переселение в семью дяди

1920 год – смерть отца

1926 год – поступление в МГУ на химическое отделение физмата

1931 год – окончание университета и начало лаборатории при Проектном институте гипрогазоочистки

1932 год - замужество

29 апреля 1935 года – рождение сына Андрея Зализняка

1941 год – эвакуация в Татарстан

1944 год – возвращение в Москву

1958 год – свадьба сына

10 сентября 1959 года– рождение внучки Анны

1966 год – выход на пенсию

1976 год – поступление внучки Анны в МГУ на филологический факультет

1987 – сын Андрей Зализняк становится членом-корреспондентом РАН

21 февраля 1987 – рождение правнука Бориса

1997 год – сын становится действительным членом (академиком) РАН

11 апреля 1999 года – рождение правнучки Меланьи

2010 год – празднование столетия

Из интервью. «Я была первой выжившей из детей. Тогда это было обычно - среди детей кто-то умирал. Считали тех, кто выжил. У моего отца вместе с двумя его братьями было коллективное хозяйство. О том, что было до 1917 года, у меня уже в памяти ничего не осталось. В 1917, после октября, стали уничтожать помещиков. Через год-другой уже пусто было. Фотография только одна и осталась. Тогда всё крушили – вместо того, чтобы использовать. Налаженное хозяйство разрушили. Дед прожил недолго, он умер, наверное, через год после того, как имение отобрали и разрушили. Видимо, не пережил. Хаос был ужасный. Я помню ночные переполохи, какие-то обыски происходили, какой-то криминал искали, буржуев. Я помню, что тряслась от страха. Очень голодное было время. Родители рано умерли от туберкулёза.

С родителями в Алупке

 

В школу я начала ходить, видимо, в 1919 году. В школе нас чем-то подкармливали, помню, какие-то кусочки сахара давали. Одна из преподавательниц нам много рассказывала, как они, учительницы, в довоенное время (до первой мировой) проводили свои каникулы, как ездили по заграницам, где, в каких странах она была.

А жила я тогда в квартире, которую мой дядя получил от университета. Трёхкомнатная квартира была, и в одну из комнат к нам подселили чужих людей. Разные были жильцы – менялись. Я жила с дядей, его женой и детьми. Но основная жизнь у нас тогда была на улице. Гуляли.

Да, ещё когда в школе учились, мы на похороны Ленина ходили.

В университет, на химическое отделение физмата, я поступила в 1926 году. Мы кончали в ускоренном порядке, у нас была сокращённая программа. Работать пошла после окончания, в лабораторию при Проектном институте гипрогазоочистки. В 1932 году началась моя замужняя жизнь. Сын Андрей родился в 1935 году. У сына постоянно няньки были. Сначала жили в отдельной комнатёнке, но очень быстро нас переселили в коммунальную квартиру на Сходне, не бог весть какую, но там было уже удобнее. В коммуналке нас было 4 семьи, жили мы очень дружно, никаких ссор, свар не было.

Я хорошо помню предвоенное время. Было такое ощущение, что вот-вот война. Помню, это воскресенье было, когда объявили по радио: «Началась война». Бомбардировки Москвы начались примерно через месяц. В июле месяце нас всех погрузили на громадную баржу и водой отправили. Нас к месту погрузки на эту баржу порознь привозили: детей отдельно, матерей отдельно. До Татарии нас довезли. Местные жители войне были скорее рады. Там были зажиточные люди, и они были настроены так: придёт Гитлер и разгонит колхозы. Мы на поле собирали картошку: соберёшь десять ведер - десятое себе бери.

Апрель 1941 года, с сыном Андреем

 

Весной, когда началась навигация, муж мой добрался до нас и увёз оттуда к себе в посёлок (он потом стал называться город Натальинск) недалеко от райцентра Мончаж. Туда из-под Сходни был эвакуирован стекольный завод, где он работал. Там у нас возникла очень близкая дружба с семейством Красногорских. Мы были друзья до самой их смерти.

 

Чем мы только там ни занимались! Свечки делали. Мыло варили. В войну всё было ценно.

На Сходню мы вернулись уже после войны. Немцы не дошли туда буквально километры. Там даже танк стоял долгое время на том месте, где они остановились. Мы поселились в комнатёнке в полуподвальном помещении.

Сталинские репрессии нашу семью как-то миновали. А, например, отца Маргариты, моей соученицы, инженера посадили ещё в 1928 году. Потом и мать посадили.

В 1952 году Андрей поступил  в университет. Не знаю, почему он так лингвистикой увлёкся. В пятом классе взял с собой в пионерский лагерь англо-русский словарь и его читал. Читал и выучил. Самое хорошее, когда человек чем-то заинтересован. Самое плохое, когда человек не знает, чем ему заниматься.

А потом сын женился, и появилась внучка Анюта. А потом нам дали двухкомнатную квартиру на улице Тухачевского, в 1961 году.

Я всю жизнь проработала в ВНИИгазе. Но и после выхода на пенсию я довольно долго была с ним связана по партийной линии. Что я ещё делала? За Анютой, внучкой, смотрела. Хозяйство было на мне полностью. Я грибы очень любила собирать. Много, с удовольствием и довольно успешно занималась вязанием.

В жизни всего хватало. Жили как-то. Очень много работали и в гости друг к другу ходили. И общественной работой занимались. Всё было! А теперь что? Вот читаю журналы, книги всякие. До недавнего времени я по телевизору каждый день смотрела программу «Сегодня», новости. Но теперь мне сложно стало, надо наушники надевать.

Я прекрасно отдаю себе отчёт, что я живу в семье очень удачной. Я считаю, что мне действительно повезло. Я не могу пожаловаться на свою жизнь».

© Copyright 2011 - 2017